Архитектор Марк Товве честно признается, что в Петербурге ему ужасно некомфортно — редкое заявление. Тем не менее, оказавшись в курортном местечке Репино и планируя для заказчика дом, он был впечатлен карельскими пейзажами, царящим там свирепым климатом и захотел задать постройке суровый образ — под стать. Так родилась идея скалы, на которой растут деревья, дома-крепости, противостоящей стихии. С максимальным погружением в природу — отсюда практически панорамное остекление.
Расположение дома (1400 кв.м) выбиралось крайне тщательно: вокруг мачтовые реликтовые сосны, и строительство должно было проходить с минимальным ущербом для природы. Еще одна редкость — интернациональный состав участников: инженерную концепцию и рабочую документацию пассивного дома делала немецкая компания ING+ARCH, строительством занималась эстонская Tallinna Haldus OU, столярные изделия изготовлены итальянской О’Джей Интернейшнл.
Дом пассивный, т.е. дом-термос, в котором отсутствуют мостики холода, он держит тепло и не пускает жару, требует меньше ресурсов для эксплуатации. Но, опять же, таким он стал не сразу, а с подачи немецкого партнера Марка и при полном доверии заказчика: делать такой гигантский пассивный дом, без батарей и кондиционеров, — на это надо решиться. Поэтому в первоначальном проекте потребовались корректировки: стены стали толще из-за утеплителя, появились вентилируемые фасады и использовались новые материалы. То, что снаружи выглядит как дерево, — это композитные панели с натуральным шпоном дуба, залитые сверху несколькими слоями смолы (в Испании специально подбирали шпон с крупным рисунком). А похожий на скалу белый остров сделан из фибробетонных панелей.
Особая тема — окна. У пассивных домов определенные правила проектирования: например, в идеале все окна должны выходить на юг, самое худшее расположение окон — Запад-Восток. Окна в доме с очень низкой теплопроводностью, с деревянным профилем, снаружи защищенным алюминием, а внутри — с двумя типами утеплителя. Пакеты трехслойные, на севере — 4-х слойные. Обогрев дома происходит за счет теплых полов (держат на поверхности комфортные +24). Охлаждение — благодаря потолкам: в гипсокартон вмонтированы трубки, по которым течет вода +17С. Вода поступает из термальных скважин и подогревается 30 кВт котлом.
Сам интерьер — тоже достаточно сложная конструкция. Архитектор подчеркивает, что они не возводят стены, а создают границы между зонами, наполненные функциями и коммуникациями, поэтому, к примеру, в композиционном ядре, образованным лестницей, закрученной вокруг кухни, скрыт лифт, ведущий из подвала на 2-й этаж. Такой вот деревянный монохром с медовым оттенком и незначительным включением цветных пятен в виде декоративного текстиля и ковров — одно из пожеланий заказчика. А заказчик — апологет Миса ван дер Роэ, понимает наследие, обладает безупречным вкусом и невероятным чутьем на фальшь. Предпочитает аскетичный образ жизни и, как и Бэнкси, считает, что ценовая политика на искусство — это заговор)) Так что скупать антиквариат в безумных количествах он не стремится — вполне доволен купленной в мексиканском музее деревянной скульптурой. Хотя на консольном столике в прихожей у него красуется бронзовая статуэтка Бранкузи.
ЛАНДШАФТ
За ландшафт отвечало бюро МОХ. В лесу они выложили дорожки из гальки, залитой смолой, на участке положили массивные деревянные шпалы. А сад еще не подрос, о нем рассказ чуть позже.
