В отличие от конвенциональной, ландшафтная архитектура намного плотнее работает со временем. Архитектор зачастую создает объект, застывающий после строительства в своей финальной форме. Ландшафтный дизайнер же проектирует живые системы, которые активно и неконтролируемо меняются. Часто невозможно с точностью предсказать, как будет выглядеть ландшафтный проект даже через год после открытия. Восстановление реки Эр (Renaturation de l’Aire) под Женевой в Швейцарии — прекрасный тому пример.
Архитектор и ландшафтный архитектор Жорж Декомб (Superpositions) вместе с Atelier Descombes Rampini и биологами из Biotec создал уникальную речную экосистему, которая со временем изменила экологию и биологическое разнообразие целой области. Выкопав систему диагональных каналов для замедления потока воды, авторы сделали реку главным соучастником процесса реализации. В течение нескольких лет река намывала новое многосоставное русло и до сих пор изменяет топографию вокруг себя, реализуя замысел архитекторов и биологов.
Подобные процессы происходят и в городе. Когда ландшафт и архитектура объединяются, результатом становятся новые урбанистические типологии, вокруг которых начинает формироваться городская экосистема. Мы разберем два проекта студии Diller Scofidio + Renfro — High Line и парк «Зарядье», чтобы понять, как здания пересекаются с ландшафтом в городской черте, как взаимодействуют друг с другом архитекторы и ландшафтные дизайнеры и что становится результатом их совместного труда как в России, так и в США.
High Line
High Line является одним из самых значимых ландшафтных проектов современности. Берущий свои истоки в парижском Promenade Plantée и его Виадуке искусств, Хайлайн стал прообразом линейных парков во всем мире. Все города говорили о строительстве своего «Хайлайна» — новой типологии парка на месте заброшенных железных дорог и автомобильных трасс.
Rose Kennedy Greenway в Бостоне, Seoullo 7017 («Скайгарден») в Сеуле и недавний Camden Highline в Лондоне (проектированием которого занимались соавторы Хайлайна Field Operations, правда, проект остановили – реализация признана невозможной в текущих экономических условиях ) — каждый город пытался повторить успех Хайлайна, чтобы активировать руины индустриального прошлого. Но Хайлайн оказалось очень сложно повторить во многом потому, что он родился и вырос из города благодаря усилиям горожан и меценатов, которые смогли сначала отстоять его сохранение, а затем создать команду дизайнеров, архитекторов, биологов, инженеров и политиков, претворивших проект в жизнь.
Об истории Хайлайна написано очень много, и здесь мы обсудим непосредственно то, как работала коллаборация архитекторов Diller Scofidio + Renfro и ландшафтных архитекторов Field Operations и как результат их труда трансформировал районы Челси и Митпэкинг в Нью-Йорке. В 2003 году Friends of the High Line провели открытый конкурс идей: 720 участников из 36 стран. Настоящий отбор команды прошел в 2004 году: на запрос квалификаций откликнулись 52 команды, в финал вышли четыре, и в октябре того же года город вместе с комиссией из Друзей Хайлайна выбрал уже упомянутых победителей.
Field Operations стали лидирующим бюро на проекте, и стоит отметить, что, несмотря на то что Хайлайн всегда приписывается только DS+R, он был спроектирован плотно сплетенной командой из обеих студий. Сегодня невозможно разделить авторство проекта на элементы, разработанные архитекторами или ландшафтниками. Все объекты, включая мощение, мебель, выбор растений, ограждения и вертикальные связи с улицей, со стадии концепции создавались двумя бюро вместе (а на плант-дизайн был приглашен голландец Пит Удольф).
Обычно и в России, и в США при проектировании в городе заказчик заключает контракт с архитектором, который, в свою очередь, договаривается с консультантами, предоставляющими чертежи по своим дисциплинам. Среди таких консультантов зачастую появляются и ландшафтные архитекторы. Обратная ситуация складывается в парках, где ландшафтный архитектор может нанять архитектурный консалтинг для проектирования павильона или моста. Но что делать, когда граница между парком и структурой стирается? Хайлайн является уникальным примером выстраивания команды нового типа, где архитектура и ландшафт проектируются вместе с самого начала. DS+R регулярно переворачивают привычные механизмы коллаборации, и следующий проект — не исключение.
Парк «Зарядье»
Сегодня архитектурный объект не может считаться в полной мере авторским. Для создания масштабных проектов появляются многосоставные команды, покрывающие целые наборы необходимых экспертиз: архитектурной, строительной, инженерной, ландшафтной и многих других. В то же время глобализация привела к новому тренду — формированию международных команд. Многие девелоперы и государства стремятся привлечь звездных архитекторов к строительству знаковых локальных объектов, и размер команды становится еще больше, а организация — сложнее. «Зарядье» стало проектом, где пересеклись 12 команд из США, России, Германии, Италии, Дании и Великобритании, и во главе консорциума встали DS+R, в коллаборации с ландшафтными архитекторами Hargreaves Associates.
Ландшафтный проект в «Зарядье», как и в Хайлайне, тесно переплетен с архитектурой. За счет совместного проектирования с Hargreaves Associates были созданы сложные типологии, находящиеся на стыке природы и зданий: микроклиматические зоны, мощение, связывающее городскую ткань с парком, Парящий мост и парк/навес над филармонией. Все эти элементы стали возможными не только благодаря коллаборации архитектора и ландшафтника, но и потому, что лидеры консорциума смогли продолжить влиять на проект в течение всего процесса реализации.
Главная сложность работы с международными архитекторами — это выстраивание системы, где адаптация к локальным ГОСТам и правилам не противоречила бы концепции и видению авторов. DS+R и Hargreaves Associates оставались вовлечены в разработку проекта с Citymakers и даже после передачи технической документации в «Мосинжпроект», что очень редко встречается у международных офисов. Более того, при проектировании они коллаборировали с локальными архитекторами: ТПО «Резерв» — для строительства филармонии и АБТБ Тимура Башкаева — для интерьеров павильонов.
Сила коллаборации
Уход от единоличного авторства к сложным системам проектных групп дает нам возможность создавать новые типологии на пересечении индустрий. DS+R переосмысляют сам процесс коллаборации с ландшафтной архитектурой, делая ее центральным инструментом многих своих проектов. Кросс-коллаборация архитектуры и смежных дисциплин (урбанистики, технологий, искусства и т. д.) рождает новые городские нарративы и расширяет границы самого понятия «Архитектура». Сегодня создание среды вокруг нас не ограничено материалом, индустрией или личностью автора и зависит от множества людей и компаний. И именно работая вместе, мы можем реализовывать по-настоящему уникальные проекты.
